Обновлено:25-10-2021 18:55

Бизнес Финансы Наследство Олега Бурлакова, владельца "Стройлесбанка", делят с помощью «решал» и сомнительных бумажек

Наследство Олега Бурлакова, владельца "Стройлесбанка", делят с помощью «решал» и сомнительных бумажек

Печать
Олег Бурлаков являлся собственником "Стройлесбанка", его состояние оценивают в $650 миллионов. Миллионер скончался 21 июня 2021 года в госпитале от последствий коронавирусной инфекции.
А война между его родственниками началась почти одновременно с реанимационными мероприятиями, когда состояние больного стало терминальным. Причём началась она с борьбы за тело покойного. Которое в итоге в соответствии с законом и человеческой логикой отдали вдове, прожившей с бизнесменом в единственном браке 47 лет.
Но самое любопытное то, что на авансцене борьбы страждущих неожиданно возник в двойном образе скорбящего родственника и делового партнера усопшего ранее никому в этом качестве неизвестный муж сестры . Он заявил себя, ни много ни мало, совладельцем всего бизнеса покойного, его равноправным партнёром.
По словам известного экономиста Владислава Иноземцева, в деле активно действует муж сестры покойного, ныне изображающий себя чуть ли не равным с ним бизнес-партнером. «Основная» семейная линия в этом конфликте, по мнению Владислава Иноземцева, весьма запутана: Бурлаков находился в процессе развода, инициированного супругой, с 2018 года, судя по всему, по причине банального адюльтера с чрезвычайно молодой бортпроводницей частной авиакомпании. Вообще эта история очень напоминает детектив: не так давно, когда бывший предприниматель уже попадал в московскую клинику, возникали подозрения в его отравлении. Кроме того, к завещанию покойного есть ряд вопросов: и странное обнаружение документа, и его внешний вид, и представление его в суд Монако, а не российскому нотариусу, официально ведущему наследственное дело, тоже вызывают сомнения и неприятные вопросы.
Вдова и их общие дочери, несмотря на так и не завершённый бракоразводный процесс, по закону являются наследниками всего имущества мультимиллионера.
Но сестра покойного с ее нахрапистым мужем уже построили собственные планы на богатство умершего бизнесмена. Причём, как считают юристы, планы эти возникли не просто так – не обошлось здесь без участия так называемых «решал».
Правда, если всё пойдёт в рамках правового поля, у «конкурирующей фирмы» в лице сестры, ее мужа и прочей компании шансов нет никаких. Конечно, «решалы» с их влиянием могут попытаться заставить российских правоприменителей забыть про верховенство закона.
В любом случае дело обещает быть интересным и многослойным, как киевский торт. По всей видимости, вместе , в их поддержку действуют очень изобретательные юристы со всех концов бывшего СССР, которые до сих пор работают по рейдерским схемам «лихих 90-х», когда можно было «изобретать» и «находить» любые бумажки, называть их «новыми документами и обстоятельствами» в надежде, что молодая и неустойчивая российская правовая система того периода переварит и легализует любой каприз ловкого претендента на чужую собственность. Однако с тех пор прошло двадцать лет, многое изменилось в судах, их практика стала гораздо более стабильной. Правоохранительные органы России настолько окрепли, что сами диктуют правила игры и избавляются от наиболее одиозных сотрудников. Претенденты на чужое тоже становятся изобретательнее и используют иные, в том числе экзотические, юрисдикции, вроде того же княжества Монако, с помощью которого, похоже, пока можно пытаться юридически «пошалить». Вопрос лишь в том, как далеко в дебри могут зайти охотники за сокровищами, оставаясь незамеченными радарами правоохранителей.
Как отмечает адвокат семьи Бурлаковых, в недавнем прошлом российский сенатор Константин Добрынин, такие юридические трюки сейчас уже не новость.
«Конечно, последние российские тенденции вокруг борьбы за наследование крупных состояний умерших российских предпринимателей подтверждают известное изречение «что было, то и будет». Они, например, заставляют нас вспомнить такое забытое и, казалось бы, уже ушедшее в прошлое слово «схематоз», которое широко употреблялось и характеризовало методы рейдеров, применявшиеся лет двадцать тому назад.
И я прекрасно помню, как непросто было нам - юристам, действующим в правовом поле, этому «схематозу», порой переходящему в откровенное мошенничество, противостоять. Однако мы успешно защищали права собственников тогда, защитим их и сейчас. Если же говорить об интригах и скандалах вокруг имущества семьи Бурлаковых, то здесь есть и белое, и чёрное, и пока серое.
Эту семью охотники за чужим добром, как настоящие стервятники, пытались разрушать цинично и целенаправленно несколько лет.
И есть признаки того, что против семьи и ее прав активно действует хорошо организованная группа лиц с распределёнными ролями, заранее договорившихся о распределении добычи в случае удачного налёта падальщиков. Некоторые в этой группе выступают в амплуа убитых горем бедолаг-бессеребреников. На самом же деле они, паразитируя на семейных проблемах Бурлаковых, умышленно захватили контроль над значительной частью денег и других активов, принадлежащих семье, и удерживают их всеми доступными им способами и пытаются преумножить. Другие прилипалы, обслуживашие бизнес Олега Бурлакова и пользовавшиеся его доверием, держатся пока в тени и играют свои роли, но стремятся к той же общей для всей группы цели. Ощущение вседозволенности играет со всеми ими вместе и по отдельности плохую шутку - действуют они юридическим и информационным нахрапом. Это видим мы, это видят люди и скоро это увидят уполномоченные органы.»

Добавить комментарий